Бессонница

Стокгольм, город, который никогда не спал, теперь не спит по-настоящему. Эпидемия невиданной бессонницы выкашивает нервную систему быстрее, чем вирус гриппа. Люди перестают смыкать глаза на третьи сутки, на пятые — сходят с ума, на седьмые — умирают. Паники нет. Паника осталась позади. Теперь — только хаос, за которым пытаются угнаться те, у кого ещё есть силы открывать глаза.

Премьер-министр. Он должен управлять страной, но его собственный сын — один из заражённых. Неофициально. Вне записей. Пока коллеги толкают речи о «контроле над ситуацией», он тайно переводит мальчика из больницы в больницу, под чужими именами, под угрозой разоблачения. Если правда выйдет наружу — его карьера рухнет, а вместе с ней и вера людей в правительство. Но если сын умрёт — какой смысл в этой карьере?

Медсестра. Её партнёр подхватил бессонницу на прошлой неделе. Сначала просто не спал, потом начал видеть вещи, потом перестал её узнавать. Она работает в реанимации и понимает: шансов почти нет. Но она выбивает экспериментальное лекарство, врёт начальству, делает уколы украдкой и не выпускает его руку даже когда он пытается её ударить. Она не знает, выживет ли он. Она знает только, что пока она дышит — он не один.

Девушка-подросток. Ей шестнадцать, и она не любит свою соседку — старую ворчунью, которая вечно жаловалась на громкую музыку. Но когда соседка заболевает и её семья уезжает из города, оставляя её одну, девушка не уходит. Она ставит на подоконник воду, еду, читает вслух книги, потому что старуха уже не может заснуть и боится тишины. Это не героизм. Это просто решение, которое она приняла утром и от которого не отказалась вечером.

Стокгольм горит. Горят дома, горят нервы, горят жизни. А эти трое не тушат пожары — они просто держат руками то, что ещё не сгорело. И, может быть, это единственный способ дожить до утра. Когда ты не спишь, но продолжаешь верить, что сон когда-нибудь вернётся. А вместе с ним — надежда.