Извне

Где-то в чаще бескрайних лесов, там, где карты врут, а дороги обрываются в никуда, затаился город-ловушка. Ничем не примечательный на первый взгляд — покосившиеся заборы, ржавые крыши, пыльные окна. Но у этого места одна дьявольская черта: оно никого не отпускает. Попал сюда — считай, попал в мышеловку. Компас бесится, связь глохнет, а тропы, по которым ты ушел утром, к вечеру приводят обратно к знакомому колодцу или той же калитке. Город держит мёртвой хваткой, и каждый новый шаг — лишь звено в бесконечной петле.

Днём здесь идёт какой-то пародия на жизнь. Пленники — да, они уже не жильцы, но пока не трупы — собирают припасы в брошенных домах, штопают дыры в крышах, сажают картошку, которую всё равно никто не съест. Некоторые ведут дневники, исписывая страницы горькими записями о побегах и возвращениях. Чертят карты, упирающиеся в белый лист. А есть и те, кто просто сидит на пороге и смотрит в лес, не мигая. Устали. Смирились? Или просто ждут?

А вот ночью иллюзия мира сгорает дотла. Тишина становится тяжелой как свинец. Воздух стынет на губах. И из леса — из той черты, откуда днём пахнет разве что грибами — выходят ОНИ. Безымянные. Местные зовут их «те, из чащи». У них не то чтобы лица — размытые пятна, рваные тени, только глаза горят красным, как угли в прогоревшем костре. Иногда они трещат ветками, шелестят листвой, дышат прямо за спиной. А иногда — тишина стоит такая, что мурашки лезут стаями. И это хуже. Потому что если слышно, как лист упал с дерева — значит, они уже в двух шагах.

Люди прячутся по подвалам, забиваются в церкви, вешают простыни на окна в надежде, что тьма не заметит. Иногда кто-то не успевает. Или наоборот — выходит сам, не выдержав ожидания. Тогда говорят коротко: «угостили». Никто не уточняет, чем. А утром, когда солнце поднимается над чащей, выжившие делают перекличку. И с каждым днём голосов звучит всё меньше. Лесу всё равно. Город не выпускает. Надежда тает, как туман, который каждое утро всё так же сползает с холмов. И кажется, что единственный путь отсюда — тот, который ведет навстречу красным глазам.