Беа — дочь советских эмигрантов, говорит по-русски без акцента. Твила — из Айовы, резкая и прямая. Они перепечатывают документы, заливают кофе и слушают всё: обрывки разговоров, жалобы посла, шепот переводчиков. Их считают мебелью. А мебель не сдаёт.

Но однажды их мужья, советские граждане, погибают с разницей в месяц. Официально — несчастные случаи. Неофициально — заказные убийства. В ту ночь секретарши превращаются в агентов без значков. ЦРУ видит идеальный инструмент: женщины без лишних глаз, знающие язык и горящие местью.

Им предлагают правду о мужьях в обмен на работу. Они соглашаются не раздумывая. Для посольства они всё те же ПОНИ, для Центра — шпионки, ведущие к масштабному заговору. Они ищут убийц, находят заговор, а параллельно — себя. Холодная война ведётся не на танках. Она ведётся в секретных комнатах, за чистыми столами и в головах двух женщин, которых никто не принимал всерьёз. Пока не стало слишком поздно.

В тот же вечер группа по наводке едет в пригородный дом, где якобы спрятаны деньги картеля. Но вместо ожидаемых нескольких сотен тысяч они находят гораздо больше. Напряжение зашкаливает. Оперативникам поступают звонки с угрозами. Кто-то из своих сливает информацию — предатель среди них. Вопрос времени, кто выживет в этой игре без правил.

С закатом Нью-Йорк погружается в сумерки, и Мэтт превращается в Сорвиголову — чёрную повязку на лице и страх для всех, кто носит оружие. Он не видит ни света, ни лиц врагов — абсолютно слеп. Зато его слух слышит удары сердца за три этажа, а нюх различает запах страха, пороха и дешёвого одеколона киллера. Он чувствует вибрацию шагов, уворачивается от невидимых пуль, ловит ложь по сбитому ритму дыхания. Его тело стало оружием: быстрым, резким, безжалостным.

Но даже у такого монстра есть враг — Уилсон Фиск. Днём он филантроп и светский лев, жертвующий на детские больницы. А ночью — король подпольного мира, криминальный гений, управляющий потоками денег и смертей. Фиск изучает Сорвиголову, проверяет на прочность и пьёт виски, пока Мэтт ломает кости в подворотнях. Это шахматная партия без правил. И пока адвокат защищает невиновных в суде, а воин калечит убийц в ночи — Фиск улыбается. Потому что у него пока больше фигур. Но Сорвиголова не сдаётся, даже когда не видит доски.